ЖИТИЕ И СТРАДАНИЯ
СВЯТОЙ ВЕЛИКОМУЧЕНИЦЫ
ЕКАТЕРИНЫ
Святая великомученица Екатерина. Древняя икона из Синайского монастыря
В царствование нечестивого императора римского Максимина в городе Александрии жила девица по имени Екатерина, происходившая из царского рода. Она была замечательно красива и славилась своею премудростью. Уже к восемнадцати годам Екатерина в совершенстве изучила творения всех знаменитых языческих писателей и древних стихотворцев и философов: Гомера, Вергилия, Аристотеля, Платона и других. Екатерина не только хорошо знала сочинения мудрецов древности, но она изучала также сочинения знаменитейших врачей, таких, например, как Асклепий, Гиппократ и Галин; кроме того, она научилась всему ораторскому и диалектическому искусству и знала многие языки и наречия, так что все дивились ее учености и познаниям.
Многие богатые и знатные люди сватались за нее и с этой целью приходили к ее матери, тайной христианке, скрывавшей свою веру по причине жестокого гонения, воздвигнутого в то время на верующих Максимином. Родственники и мать часто советовали Екатерине выйти замуж, чтобы царское наследие ее отца не перешло в руки кому-либо чужому, через что они лишились бы окончательно сего наследия. Но мудрая отроковица твердо решила в своем сердце сохранить на всю жизнь чистоту девства и крайне не хотела замужества. Когда же родные Екатерины начали усиленно уговаривать ее вступить в брак, она сказала им:
— Если вы хотите, чтобы я вышла замуж, то найдите мне такого юношу, который обладал бы теми четырьмя дарованиями, которыми я, как вы знаете, превосхожу всех прочих девиц, и тогда я соглашусь избрать его в супруги. Итак, поищите повсюду, не найдете ли такого юноши, который был бы подобен мне по знатности рода, по богатству, по красоте и по мудрости; всякий же юноша, не имеющий хотя бы одного из этих дарований, не достоин меня, и я не желаю быть его женой.
Домашние Екатерины, видя, что едва ли возможно найти такого юношу, заметили ей, что царские сыновья и другие знатные искатели ее руки могут сделаться только благороднее и богаче, если вступят с ней в брак, но по красоте и по мудрости никто с ней не сможет сравниться. А Екатерина говорила им на это:
— Я хочу иметь женихом своим не иного, как только равного мне по учёности.
Видя непреклонность своей дочери, мать решилась испытать ещё одно средство. Она прибегла к совету своего духовного отца, человека благочестивого и святого, который жил в сокровенном месте за городом. Она взяла с собой Екатерину и пошла с ней к этому праведному мужу. Старец, увидев прекрасную отроковицу и услышав ее мудрые, хотя и скромные речи, возымел намерение научить ее познанию Христа, Царя небесного.
— Знаю я, — сказал он ей, — одного чудного Юношу, Который несравненно превосходит тебя во всех твоих дарованиях. Красота Его светлее солнечного света; премудрость Его управляет всеми чувственными и духовными созданиями; богатство Его сокровищ распространено по всему миру и никогда не уменьшается, но, по мере раздаяния, все более и более увеличивается; а высота Его рода неизреченна и непостижима. Во всем мире нет подобного Ему.
Внимая словам старца, Екатерина подумала, что он говорит ей о каком-нибудь земном князе, — она смутилась, изменилась в лице и спросила старца — правда ли все то, что он ей говорит?
Он отвечал, что все это правда, и прибавил, что тот Юноша обладает еще другими, большими дарованиями, которых невозможно и перечислить. Екатерина спросила:
— Чей же сын восхваляемый тобою Юноша?
Старец ответил ей:
— Он не имеет отца на земле, но родился неизреченно и сверхъестественно от одной честнейшей родом Пресвятой и Пречистой Девы. Она сподобилась родить такого Сына за Свою величайшую чистоту и святость; Она вознесена выше небес, где Ей поклоняются все святые ангелы как Царице неба и земли.
Екатерина спросила старца:
— Возможно ли мне видеть Юношу, о котором ты сообщаешь так много чудесного?
— Если ты сделаешь то, что я скажу тебе, — ответил ей старец, — то сподобишься увидеть пресветлое Лицо Его. Екатерина сказала ему:
— Вижу я, что ты человек разумный и старец почтенный, и потому верю, что ты говоришь правду. Я готова исполнить все, что ты повелишь мне, только бы увидеть мне Того, Кого ты так восхваляешь.
Тогда старец дал ей икону Пресвятой Богородицы, держащей в Своих объятиях Божественного Младенца, и сказал ей:
— Вот изображение Девы и Матери Того, о Котором я сообщил тебе так много чудесного. Возьми это изображение к себе домой и, затворив двери комнаты твоей, с благоговением вознеси усердную молитву к Деве, имя Которой — Мария; умоли Ее, чтобы Она благоволила показать тебе Сына Своего. Я уверен, что, если ты с верой Ей о том помолишься, Она услышит тебя и сподобит увидеть Того, к Которому стремится душа твоя.
Тогда отроковица Екатерина, взяв святую икону, возвратилась домой и ночью, уединившись в комнате своей, начала молиться так, как научил ее старец. Во время продолжительной молитвы Екатерина уснула от утомления и узрела в видении Царицу Небесную в том виде, как Она изображена была на иконе вместе со святым Младенцем, окруженным лучезарным сиянием. Екатерина не могла видеть лика Его, ибо Он отвратил его от нее и обратил его к Матери Своей. Стараясь увидеть Его, Екатерина зашла с другой стороны, но Христос опять отвернулся от нее. Это повторилось три раза. После того Екатерина услышала, что Богоматерь сказала Сыну Своему:
— Воззри, Чадо мое, на рабу Твою Екатерину, как она прекрасна и добра.
А Богомладенец ответил Ей:
— Нет, эта отроковица весьма помрачена и так безобразна, что Я не могу смотреть на нее.
Тогда Пресвятая Богородица опять сказала Господу:
— Разве эта девица не мудрее всех философов? Разве она не превосходит своим богатством и знатностью рода всех девиц?
Но Христос отвечал ей:
— Опять скажу Тебе, Матерь Моя, что эта девица безумна, бедна и худородна, и Я до тех пор не буду взирать на нее, пока она не оставит своего нечестия.
На это Преблагословенная Матерь Господа сказала Ему:
— Молю Тебя, сладчайшее Чадо Мое, не презри создания Твоего, но вразуми ее и научи, что ей нужно делать, дабы насладиться славой Твоей и узреть Твое пресветлое и превожделенное Лицо, на Которое и ангелы взирать не смеют.
Тогда Христос отвечал:
— Пусть идет она к тому старцу, который дал ей икону, и пусть сделает то, что повелит он ей, и тогда она узрит Меня и обретет благодать предо Мною.
Увидев и услышав это, Екатерина пробудилась ото сна и дивилась тому видению. Когда наступило утро, она пошла с немногими рабынями своими к святому старцу и, припав со слезами к ногам его, поведала ему о своем видении и умоляла его сказать, что ей нужно делать, дабы узреть желаемого ею Жениха-Христа.
Преподобный старец подробно научил ее всем тайнам истинной веры христианской, начиная от сотворения мира и создания праотца Адама и до Второго пришествия на землю Владыки Христа, а также поведал ей о неизреченной райской славе праведников и о многоболезненных бесконечных мучениях грешников. Как девица премудрая, жаждавшая истины и спасения, Екатерина уразумела вскоре все христианское учение, уверовала от всего сердца в Иисуса Христа и приняла от старца святое крещение. После того старец заповедал ей снова помолиться со многим усердием к Пречистой Богородице, чтобы Она еще раз явилась ей, как в первую ночь.
Таким образом, оставив одежды ветхого человека и облекшись в одежду обновления духа, Екатерина возвратилась в дом свой и всю ночь провела в слезной молитве, пока не заснула. И вот снова видит она Царицу Небесную с Божественным Младенцем на руках. Младенец взирал на Екатерину с великой благостью и кротостью. Богоматерь спросила Сына Своего:
— Угодна ли Тебе, Сын Мой, эта девица? Господь ответил Пречистой Матери Своей:
— Весьма угодна, ибо теперь она прекрасна и славна, а не безобразна и бесчестна, как прежде; ныне она богата и премудра, а не бедна, какой была сначала; ныне Я возлюбил ее, и так она угодна Мне, что Я хочу обручить ее Себе в нетленную невесту.
Тогда Екатерина пала на землю и воскликнула:
— Недостойна я, преславный Владыка, увидеть Царствие Твое, но сподоби меня быть хотя бы с рабами Твоими.
В это время Пресвятая Богородица взяла правую руку отроковицы и сказала Сыну Своему:
— Дай ей, Чадо Мое, обручальный перстень в знак Твоего обручения с нею, уневести ее Себе, дабы сподобить ее Царствия Своего.
Тогда Владыка Христос дал прекраснейший перстень Екатерине и сказал:
— Вот, Я ныне избираю тебя Моею невестой, нетленной и вечной. Итак, сохрани с великим тщанием этот союз ненарушимо и не избирай себе никакого земного жениха.
После этих слов Христа видение окончилось. Отроковица пробудилась и ясно увидела на правой руке своей чудный перстень. Она почувствовала в сердце своем такое веселие и такую радость, что с того часа сердце ее предалось совершенно Божественной любви. И такая произошла в ней великая перемена, что она уже не помышляла более ни о чем земном, но только непрестанно днем и ночью размышляла о своем возлюбленном Женихе, и Его одного желала, и о Нем одном поучалась наяву и во сне.
_____________________________________________________________________________
Вскоре после того, как Екатерина обратилась в христианство, прибыл в Александрию нечестивый царь Максимин, имевший ревность не по разуму о своих бездушных богах, будучи сам как бы бесчувственным и бессловесным. Желая устроить в честь этих богов торжественный праздник, он разослал по окрестным странам и городам приказ собраться всем подданным для принесения жертв, чтобы почтить богов всенародно. Собралось бесчисленное множество людей, причем каждый вел то, что мог, для жертвоприношения: кто вел волов, кто овец, а кто был не в состоянии, те приносили птиц или еще что-нибудь подобное.
Когда наступил день мерзкого торжества, царь заклал в жертву сто тридцать тельцов, князья и вельможи — меньше, и каждый приносил в жертву, что мог. Весь город наполнилсякриками закалываемых животных, повсюду была страшная теснота и смятение, и воздух был пропитан смрадным дымом.
Благочестивая Екатерина при виде такого пагубного соблазна душ человеческих была жестоко уязвлена в сердце своем, скорбя об их погибели. Горя Божественной ревностью она взяла с собой нескольких рабов и пошла в храм, где безумцы приносили жертвы. Когда она встала в дверях, то все устремили на нее взоры, ибо она блистала необычайной красотой, которая свидетельствовала о ее внутренней, душевной красоте. Она велела известить царя, что хочет сказать ему весьма нужное слово. Царь велел ей подойти к себе. Став перед царем, Екатерина сначала поклонилась ему воздав подобающую честь, потом сказала:
— Пойми, царь, что вы вовлечены бесами в соблазн. Вы почитаете богами идолов тленных и бесчувственных и служите им. Великий стыд — быть настолько слепым и безумным, чтобы поклоняться таким мерзостям. Поверь хотя бы своему мудрецу Диодору, который говорит, что боги ваши были некогда людьми и окончили жизнь свою нечестиво, но ради некоторых деяний, совершенных ими при жизни, люди устроили им памятники и статуи. Последующие же поколения, не зная мысли своих праотцов, которые только ради воспоминания поставили им эти памятники но, думая, что сама вещь благочестна и благоприлична, начали поклоняться им как богам. И знаменитый Плутарх Херонейский гнушался этими богами и презирал их.
Поверь же, царь, хотя бы учителям своим и не будь виновником погибели стольких душ, за что и сам ты подвергнешься вечным мучениям. Познай Единого Истинного Бога, присносущного, безначального и бессмертного. Который принял на Себя плоть человеческую ради нашего спасения. Им цари царствуют, страны управляются и весь мир держится. Его единым Словом все было создано и сохраняет свое бытие. Сей всесильный и преблагой Бог не требует жертв, подобных вашим, и не ублажается закланием неповинных жертв, но только требует, чтобы мы хранили Его заповеди твердо и непоколебимо.
Слыша это, царь воспламенился гневом и сначала долго хранил молчание. Будучи не в силах сразу ответить на ее слова, сказал:
— Оставь нас в эти дни совершать жертвоприношение, а потом мы послушаем твои речи.
_____________________________________________________________________________
Окончив свое богопротивное торжество, нечестивый царь велел привести святую Екатерину в свои царские палаты и сказал ей:
— Скажи нам, девица, кто ты, и повтори, что ты говорила нам прежде.
— Я царская дочь, — отвечала святая, — называюсь Екатериной. Прежде я с великой любовью занималась различными науками: изучала сочинения риторские, философские, геометрию и другие науки, но теперь все это я презираю как занятие суетное и бесполезное и соделалась невестой Владыки Христа, Который чрез Своего пророка Исаию возвестил, что мудрость мудрецов его погибнет, и разум у разумных его не станет (Ис. 29:14).
Царь удивился ее речам, ее необыкновенному уму, но еще более поразился ее замечательной красоте и подумал, что она не смертными родителями рождена, а теми богами, которых он почитает. Едва соглашаясь верить, что девица такой неописуемой красоты рождена от земнородных, он, глядя на нее бесстыдным взором, начал говорить соблазнительные слова. Святая же, проникая в его беззаконные помыслы, сказала ему:
— Бесы, которых вы почитаете за богов, прельщают тебя и увлекают в бессмысленные похоти; я же считаю себя землею и прахом. Бог создал меня по образу и по подобию Своему и наделил меня такой красотой, чтобы люди дивились премудрости Создателя, Который столь ничтожному и бренному лицу мог даровать такую мудрость и красоту.
Царь рассердился на ее слова и сказал:
— Не говори так худо о богах, имеющих бессмертную славу.
Но святая возразила ему:
— Если ты желаешь хоть немного рассеять мглу и помрачение прелестью, то пойми все ничтожество своих богов и познай Бога истинного. Одно произнесение только имени Его, или один только Крест, изображенный в воздухе, прогоняет твоих богов и сокрушает их; и если ты хочешь, я докажу тебе ясно истину моих слов.
Царь, видя ее свободную речь и боясь быть побежденным и посрамленным ее словами, сказал:
— Неприлично царю беседовать с женщинами. Но я соберу мудрейших философов для беседы с тобой, и ты узнаешь ничтожество своего мнения и уверуешь в наши учения.
Он приказал со всей строгостью стеречь святую девицу. Сам же тотчас послал по всем подвластным городам такое предписание: «Я, царь Максимин, мудрейшим философам и витиям, в моих областях находящимся, желаю радоваться. Все, кто только служит мудрейшему богу Гермесу и кто призывает наставниц разуму — муз, соберитесь ко мне, дабы заградить уста одной премудрой девице, которая насмехается над великими богами, называя все деяния их баснями и пустословием. Итак, приходите, дабы показать всю вашу мудрость, за что вас прославят люди, от меня же вы получите награду за свой труд».
И вот собрались в количестве пятидесяти человек избранные и мудрейшие витии, отличавшиеся большой остротой ума и великой силой в слове. Царь обратился к ним с такими словами:
— Приготовьтесь со всей тщательностью и внимательностью к доблестному состязанию с одной девицей так, чтобы вы могли победить ее своими доказательствами в споре о богах; не пренебрегайте тем, что будете вести беседу с юной девой, но приложите все ваше старание и покажите вашу мудрость так, как если бы пришлось вам противостоять мужественному противнику и мудрейшему оратору; потому что она, как я осторожно выпытал, превосходит мудростью самого великого Платона. Посему умоляю вас, покажите в споре с ней такое же старание, какое бы вы имели, состязаясь с самим этим мудрецом. Если вы победите, то я вознагражу вас великими дарами; если же вы будете побеждены, то вам будет великий стыд, и вместо даров вы примете мучительную смерть.
На эти слова царя один самый известный и мудрый вития ответил:
— Не опасайся, царь: быть может, противница наша и необыкновенно умна, но как женщина она не может обладать мудростью в полном совершенстве и быть вполне искусной в красноречии; повели ей только явиться к нам и ты увидишь, что она, как только увидит такое множество философов и ораторов, тотчас устыдится.
Услышав эту хвастливую речь философа, царь успокоился и возвеселился, надеясь, что они победят девицу. Он тотчас повелел привести ее к себе. Слушать спор христианской девицы с языческими мудрецами собралось множество народа. Но прежде, чем посланные успели прийти к Екатерине, явился ей с небес Архангел Михаил и сказал:
— Не бойся, дева Господня! Господь твой к премудрости твоей придаст еще премудрость, и ты победишь в прении тех пятьдесят витий. И не только они, но и многие другие благодаря тебе уверуют и примут мученический венец.
Между тем, Екатерину привели к царю и философам на зрелище всем. И тотчас тот самонадеянный философ, который прежде так похвалялся, с гордостью обратился к святой Екатерине:
— Это ты с такой дерзостью и безумием порицаешь богов наших?
— Я, — кротко отвечала ему святая, — но не с дерзостью и не с безумием, как ты сказал, а с кротостью и по любви к истине говорю, что ваши боги — ничто.
Тогда философ сказал ей:
— Великие стихотворцы называют их высшими богами, как же ты с такой дерзостью произносишь хулу на тех, от которых сама приняла премудрость, и сладости даров которых ты вкусила?
— Я не от ваших богов, — отвечала Екатерина, — но от моего Единого Истинного Бога получила премудрость. Он и Сам есть премудрость и жизнь, и если кто имеет страх Божий и хранит Его Божественные повеления, тот есть истинный философ. Дела же ваших богов и сказания о них достойны смеха и порицания и преисполнены соблазна. Да и кто из твоих великих стихотворцев, скажи мне, и в каких выражениях называет их богами?
— Мудрейший Гомер, — отвечал мудрец, — обращаясь с молитвой к Зевсу первый говорит так: «Славнейший Зевес, превеликий бог, и вы прочие бессмертные боги». А Орфей преславный, обращаясь с благодарностью к Аполлону говорит так: «О сын Латонов, стреляющий издалека, Сильный Феб, на все смотрящий и царствующий над смертными и бессмертными, солнце на златых крыльях парящее». Вот как, — сказал языческий мудрец, кончая свою речь, — самые первые и славнейшие стихотворцы почитали богов и ясно называли их бессмертными; посему и ты не должна заблуждаться и поклоняться Распятому, как Богу никто из древних мудрецов не только не называл и не признавал Его Богом, но даже и не знал о Нем.
Святая Екатерина отвечала:
— Но ведь тот же Гомер ваш в другом месте о великом твоем боге Зевсе говорит, что он был лукавый и лживый обманщик, и что другие боги — Гера, Посейдон и Афина хотели связать его, но он успел скрыться от них. Подобных сему деяний, внушающих презрение к вашим богам, много описано в ваших книгах, но поскольку ты сказал, что ни один из древних учителей не признавал Распятого Богом, то я для опровержения этого приведу свидетельства из ваших же книг. Послушай, что говорит о Нем Мудрейшая Сивилла ваша, свидетельствуя о Его Божественном воплощении и спасительном распятии: «В позднейшие времена прядет Некий на эту землю, примет на себя плоть кроме греха, беспредельным всемогуществом Божества Он разрушит тление неисцельных страстей, и Ему позавидуют неверующие люди, и Он будет повешен на высоком месте, как бы достойный смерти».
Вспомни, что и ваш мудрец Аполлоний помимо своей воли исповедует Христа Богом, принужденный к тому Его Божественной силой:
«Один Он, Небесный, побуждает меня исповедать Его. Он есть свет трисветлый, Бог пострадавший, но не Само Божество страдало, ибо в Нем и то и другое: Он и смертен по плоти, и вместе чужд тления. И Сей Муж, все терпящий от смертных: крест, уничижение, погребение есть Бог».
Это сказал Аполлоний об истинном Боге, Который собезначален и соприсносущен Родившему Его. Он есть начало и основание, и источник всех созданных благ; Он создал мир из небытия для бытия и управляет им. Будучи единосущен Отцу, Он был человеком ради нас, жил на земле, наставляя, уча и благодетельствуя людям; потом принял смерть за нас, неблагодарных, дабы освободить нас от древнего осуждения и даровать нам прежнее блаженство и наслаждение. Таким образом. Он отверз нам снова врата райские, которые были затворены грехопадением. Через три дня Он воскрес, восшел на небеса, откуда и нисшел, и послал Духа Святого ученикам Своим; они же разошлись по всему миру и проповедали Его Божество, в Которое следует веровать и тебе, философ, чтобы ты познал истинного Бога и соделался рабом Того, Который милостив и благоутробен и призывает всех согрешивших, говоря:
«Придите ко Мне все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас» (Мф. 11:28).
Итак, поверь хотя бы сроим учителям и богам — Платону, Орфею и Аполлонию, которые вполне явно и ясно, хотя и вопреки своей воле, признали Христа Богом.
Это и многое другое говорила премудрая Екатерина и привела в удивление философа, так что он оставался безгласным, не имея сил что-либо сказать ей в ответ. Царь, видя его побежденным и изумленным, велел начать беседу со святой девицей остальным. Но они отказывались, говоря:
— Мы не можем противостоять истине, ибо если самый ученый из нас молчит, побежденный, то что скажем мы?
Тогда разгневанный царь приказал развести сильнейший огонь среди города и сжечь всех философов и витий. Те, услыхав такой суд и приказание царя, припали к ногам Екатерины, прося ее помолиться о них Единому Истинному Богу, дабы Он простил им все, совершенное ими в неведении, и сподобил их Святого Крещения и даров Пресвятого Духа.
Святая же, исполнившись услаждения и радости, сказала им:
— Истинно блаженны и счастливы вы, ибо, оставив тьму, познали свет истинный и, презрев смертного земного царя, приступили к Бессмертному Небесному; твердо надейтесь на Его милость и веруйте, что огонь, которым вас устрашают нечестивцы, послужит вам Крещением и лестницей, возводящей к небу. В этом огне вы очиститесь от всякой скверны плоти и духа, и перед Царем славы предстанете светлыми и чистыми, как звезды, и сделаетесь возлюбленными друзьями Его.
Сказав это, святая Екатерина осенила каждого из них крестным знамением, и они с радостью пошли на мучение. Воины ввергли их в огонь, и таким образом они приняли мученическую кончину. Вечером пришли некоторые благочестивые и христолюбивые люди, чтобы похоронить останки святых мучеников, но нашли тела их совершенно целыми, так что огонь не коснулся даже волос их. Благодаря этому уду многие из язычников обратились к познанию истины, а мощи святых мучеников были с должной честью погребены.
Между тем, Максимин решился употребить все старания, чтобы совратить святую Екатерину к своему нечестию. Не достигнув успеха через философские споры, он начал соблазнять ее ласками и лукавством. Призвав ее, он сказал:
— Послушай меня, добрая дочь; я, как чадолюбивый отец, советую тебе поклониться великим богам, в особенности же Гермесу, покровителю наук, который украсил тебя такими философскими дарованиями. Я же, если ты примешь мое предложение, разделю с тобой царство мое и власть мою — боги мне в том свидетели, — и ты будешь жить со мной в непрестанном веселии.
Но премудрая Екатерина, видя его лукавство и лесть, сказала ему:
— Оставь, царь, свою хитрость и не уподобляйся лисице. Я решительно, раз и навсегда, сказала тебе, что я христианка и уневестилась Христу. Его Одного имею я Женихом и Наставником и украшением моего девства; не прельщай меня царской багряницей — я предпочитаю ей одежды мученические.
Тогда царь сказал ей опять:
— Ты принуждаешь меня, хотя и против моей воли, к тому, чтобы я обесчестил твое достоинство и покрыл прекрасное твое тело множеством ран.
— Делай, что хочешь, — отвечала святая: временным бесчестием ты положешь стяжать мне вечную славу, и великое множество людей (как я надеюсь) уверуют через меня во Христа моего; и из твоих палат многие пойдут вместе со мной в священные небесные чертоги.
Так прорекала святая. Бог же, с высоты взирая на нее, приводил в исполнение ее слова.
Тогда сильно разгневанный царь велел снять с Екатерины порфиру и, обнаженную, бить ее немилосердно воловьими жилами. Слуги били мученицу жестоко в течение двух часов по плечам и чреву, так что все тело ее покрылось ранами и обезобразилось; кровь текла ручьями и обагряла землю. Но все эти мучения святая переносила с таким мужеством и доблестью, что смотревшие на нее были потрясены. После этого жестокий царь приказал заключить Екатерину в темницу и не давать ей ни пищи, ни питья до тех пор, пока он не измыслит новых мук, чтобы погубить ее.
Между тем Августа, супруга царя, сильно желала увидеть в лицо святую Екатерину. Слыша о ее добродетелях, мудрости и мужестве, она заочно сильно полюбила ее. После же одного видения во сне, сердце Августы пылало такой любовью к Екатерине, что она не могла даже уснуть. Когда царь по какому-то делу выехал из города и несколько дней медлил с возвращением, царица нашла удобное время для исполнения своего желания. Был тогда при дворе один вельможа, верный друг царя, по сану военачальник, по имени Порфирий, — человек, отличавшийся благоразумием. Ему царица и поведала свое тайное желание.
— В одну из прошедших ночей, — сказала она ему, — я видела во сне Екатерину, которая восседала посреди множества прекрасных юношей и дев, одетых в белые одежды. От лица ее исходило такое сияние, что я не могла смотреть на нее. Посадив меня рядом с собой, она возложила на мою голову золотой венец и сказала: «Владыко Христос посылает тебе сей венец». С того времени я имею такое сильное желание видеть ее, что не нахожу покоя для сердца своего; прошу тебя, Порфирий, устрой, чтобы я тайно могла видеть ее.
— Я исполню, царица, желание твое, — отвечал Порфирий. Когда наступила ночь, Порфирий взял двести воинов и пошел вместе с царицей в темницу; давши деньги стражам, они вошли к святой мученице. Когда царица увидела святую, то была поражена сиянием от ее лица, из которого струилась Божественная благодать. Упав к ногам Екатерины, царица со слезами воскликнула:
— Теперь я считаю себя счастливой и блаженной, ибо сподобилась видеть тебя. Подобно оленю, стремящемуся утолить жажду свою, я безмерно желала видеть тебя и жаждала слышать сладостные твоя речи. Теперь, когда желание мое исполнялось, я уже не скорблю, хотя бы пришлось мне лишиться жизни и царства: как я счастлива, что увидела тебя! Блаженна ты и достойна похвалы, что предалась всемогущему Владыке, Который излил на тебя столь великие дарования.
Святая сказала ей в ответ:
— Блаженна и ты, царица, ибо я вижу венец над твоею главою, удерживаемый в высоте руками ангелов; через три дня ты получишь его за те немногие мучения, которые претерпишь ради Христа, чтобы через них отойти к Истинному Царю для вечного царствования.
Царица же отвечала Екатерине:
— Боюсь мучений, которые ты предрекаешь мне, а еще больше супруга моего, который весьма жесток и бесчеловечен.
— Не страшись, — сказала ей святая, — Сам Христос будет тебе помощником; Он укрепит сердце твое, и никакое мучение не коснется души твоей; только тело твое пострадает здесь немного и временно, а потом и оно получит вечный покой,
Когда святая изрекла это, Порфирий спросил ее:
— Что дарует Христос тем, которые веруют в Него? Ибо и я желаю веровать в Него и быть воином Его. Мученица отвечала ему:
— Разве ты не читал или не слыхал ничего из Писания христианского?
— С юных лет, — отвечал Порфирий, я упражнялся в воинских занятиях и ни о чем другом не имел попечения. Святая сказала ему:
— Нельзя языком человеческим выразить тех благ, какие преблагой и человеколюбивый Бог уготовал любящим Его и хранящим Его повеления.
Тогда Порфирий, исполнившись безмерной радости, уверовал во Христа и с ним двести воинов и царица, и все, благоговейно простившись с мученицею, ушли.
Милостивый же и человеколюбивый Христос не оставил святую Свою невесту без попечения, но, как чадолюбивый отец, промышлял о ней. Каждый день к ней влетала в окно голубица и приносила пищу. Наконец, и Сам Благой Подвигоположник Господь наш Иисус Христос посетил ее, окруженный великой славой и всеми небесными чинами, и еще более укрепил ее в мужестве и исполнил духом смелости:
— Не бойся, возлюбленная Моя невеста, — сказал Он ей, — Я всегда с тобой, и никакое мучение не коснется тебя; терпением своим ты многих обратишь ко Мне и в награду за то сподобишься многих нетленных венцов.
Утешив ее такими словами, Господь стал невидим. Наутро царь, воссев в судилище, приказал привести Екатерину. Она вошла к царю, сияя духовной благодатью и каким-то блаженным озарением, так что близ стоящие были озарены сиянием ее красоты. Царь был весьма удивлен и думал, что кто-то подавал ей пищу в темнице и потому она не ослабела телом и не изменилась в красоте лица своего, и хотел предать казни ее стражей. Но святая Екатерина, не желая, чтобы другие были мучимы безвинно, поведала ему всю истину, сказав:
— Знай, царь, что никакая рука человеческая не подавала мне пищу, но Владыка мой Христос, Который невидимо печется о рабах Своих, питал меня.
Царь, дивясь необычайной красоте святой Екатерины, хотел опять ласками и лестью повлиять на нее и сказал ей:
— Ты, солнечнозрачная девица, красотой своей превосходишь самую Артемиду; ты рождена владычествовать, дочь моя. Итак, приди, поклонись и принеси жертву богам нашим, тогда будешь царствовать с нами и проведешь в радости жизнь свою; прошу тебя: не губи свою светлую красоту мучениями.
— Я земля и прах, — отвечала святая. — Вся же красота, как цвет, увядает и, как сон, исчезает от самой небольшой болезни или от старости, а по смерти предается совершенному тлению; итак, не заботься, царь, о моей красоте.
Во время этой беседы один вельможа по имени Хурсаден, жестокий и немилосердный мучитель христиан, желая показать любовь и расположение к царю, сказал ему:
— Я, царь, изобрел такое мучение, посредством которого ты победишь девицу. Прикажи устроить на одной оси четыре деревянных колеса, а по ним вокруг наколотить разные железные острия: два колеса должны вращаться в правую, а два в левую сторону; посредине же их будет привязана девица, и вращающиеся колеса раздробят ее тело. Но прежде пусть только покажут эти колеса Екатерине, чтобы она, видя их, убоялась жестокого мучения и подчинилась бы твоей воле; если же и после этого она останется в прежнем упорстве, то примет мучительную смерть.
Царю понравился этот совет, и он велел устроить такие колеса, о которых говорил Хурсаден. Когда колеса были готовы, то привели святую на место мучения и сначала с большой силой вращали колеса пред ее глазами, дабы устрашить ее, а затем мучитель сказал ей:
— Видишь, какие мучения приготовлены для тебя! И ты примешь ужаснейшую смерть, если не поклонишься богам. Но на это Екатерина отвечала:
— Много раз уже я высказывала свое решение остаться христианкой; посему, царь, не теряй напрасно времени, а делай, что хочешь.
Мучитель, видя, что не может устрашить Екатерину и отвратить ее от Христа, велел привязать ее к колесам и с силой вращать их, дабы она была растерзана на части и таким образом умерла бы ужаснейшей смертью. Но лишь только приступили к этому мучению, как внезапно сошел с неба Ангел, освободил от уз святую, а колеса сокрушил на части; причем колеса, с силой разбиваемые, летели в стороны и поражали многих неверующих насмерть. Видя такое преславное чудо, весь народ воскликнул:
— Велик Бог христианский!
А царь от ярости был мрачен и неистовствовал, измышляя новые пытки для мученицы.
Царица Августа, услыхав об этом чуде, вышла из своих палат и стала обличать царя.
— Поистине, — говорила она, — ты дерзок и безумен, ибо осмеливаешься бороться с Живым Богом и несправедливо мучить Его рабу.
Услышав эти слова, царь пришел в неистовство и сделался лютее всякого зверя. Оставив святую Екатерину, он обратил всю ярость на свою супругу. Забыв даже естественную к ней любовь, он велел принести большой ящик и наполнить его оловом, чтобы он был неподвижен, набить гвоздей в крышку ящика и, защемив сосцы своей жены между ящиком и крышкой, сдавливать их. И мучители, причиняя святой невыразимые страдания, сдавливали ее сосцы, пока они не оторвались. Блаженная же Августа, терпя ужасную боль, радовалась, что страждет за Истинного Бога, и молилась Ему: да ниспошлет Он ей благодатную Свою помощь. Когда сосцы оторвались, кровь текла рекою, и все окружающие исполнились жалости к ней, переносящей такое ужасное и нестерпимое мучение. Но немилосердный мучитель не помиловал своей супруги и повелел отсечь ей голову мечом. Она же, выслушав приговор с радостью, сказала святой Екатерине:
Текст материала сокращён для прохождения лимита импорта. Полная версия доступна по ссылке на оригинал.