Сегодня Церковь празднует память священномученика Петра (Полянского), митрополита Крутицкого
10 октября Русская Православная Церковь празднует память священномученика Петра (Полянского), митрополита Крутицкого, Местоблюстителя Патриаршего Престола (1937 г.).
Священномученик Петр только в 58 лет принял священный сан. Однако уже через три года после этого стал архиепископом, еще через год – митрополитом, а еще через год был утвержден Архиерейским собором Местоблюстителем Патриаршего Престола. Он был ближайшим соратником и доверенным лицом святителя Тихона – Патриарха Московского и всея России, избранного на Поместном Соборе Русской Православной Церкви 1917–1918 годов. Служение Патриарха Тихона и митрополита Петра пришлось на самый сложный для Церкви период – преследования верующих, истребления священства и жестоких гонений. В 1937 году священномученик Петр был расстрелян по указке безбожных властей.
Петр Федорович Полянский, будущий священномученик Петр, митрополит Крутицкий, родился 28 июня (10 июля) 1862 года в благочестивой семье священника села Сторожевое Воронежской епархии. В 23 года закончил по I разряду Воронежскую духовную семинарию. Еще через 7 лет – Московскую духовную академию, при которой был оставлен помощником инспектора. До революции трудился на разных церковно-административных должностях. Священный сан принял только в 1920 году.
Сначала Петр Федорович был на ответственных должностях в Жировицком духовном училище в Белоруссии. Затем был переведён в Санкт-Петербург, в штат Синодального Учебного Комитета, членом которого он стал. В статусе высокопоставленного синодального чиновника будущий святой проявил себя как бессребреник, отличался строгостью жизни. Усердно трудясь по должности, он объездил с ревизиями чуть ли не всю Россию – обследовал состояние духовных школ.
«Петр Федорович Полянский – блестящий ученый, выдающийся деятель, чиновник синодальный, он всю свою жизнь посвятил духовному просвещению. Он имел академическое образование, был очень широко образован. Объездил почти всю Россию, инспектируя самые крупные духовные школы нашей страны. Был он у нас и на Урале», – отмечает хранитель Музея истории Православия на Южном Урале Анна Усманова.
Несмотря на большую занятость практической работой, Петр Полянский значительное внимание уделял научным занятиям. Так, в 1897 году он защитил магистерскую диссертацию на тему «Первое послание святого Апостола Павла к Тимофею. Опыт историко-экзегетического исследования».
Пётр Фёдорович принимал участие в Поместном Соборе Русской Православной Церкви 1917–1918 годов. Однако после революции он отошел от церковной работы и стал управляющим Московской фабрикой «Богатырь» (позже — завод «Красный богатырь»). В начале XX века фабрика специализировалась на производстве резиновых и резино-текстильных изделий: выпускала галоши по передовой шведской технологии, сапоги и боты, детские резиновые игрушки.
Наступило время жестоких гонений на Святую Церковь. И тут, в 1920 году, к Петру Федоровичу последовал призыв Святейшего Патриарха Тихона. Первоиерарх предложил ему принять постриг, священство и стать его помощником в делах церковного управления.
«С Патриархом Тихоном Петр Полянский познакомился, когда тот был еще архиепископом. Они стали добрыми друзьями. И вот, в 1920 году Патриарх Тихон, уже будучи главой Русской Церкви, предложил Петру Федоровичу принять монашеский постриг. Безусловно, Петр Полянский понимал, чем ему грозит это епископство», – рассказывает Анна Усманова.
Рассказывая об этом своему брату, Петр Полянский сказал: «Я не могу отказаться. Если я откажусь, то буду предателем Церкви, но, когда соглашусь, я знаю, я подпишу сам себе смертный приговор».
Итак, важный жизненный выбор был сделан. Сразу же после архиерейской хиротонии в 1920 году во епископа Подольского, Владыка Пётр был сослан в Великий Устюг. Но вскоре, после освобождения из-под ареста Святейшего Патриарха Тихона, он возвращается в Москву и становится ближайшим помощником Российского Первосвятителя. Сначала он возведён в сан архиепископа (1923 год), а через год становится митрополитом Крутицким, включается в состав Временного Патриаршего Синода.
В последние месяцы жизни Патриарха Тихона митрополит Пётр был его верным помощником во всех делах церковного управления. В начале 1925 года Святейший назначил его кандидатом в Местоблюстители Патриаршего Престола. Также кандидатами стали священномученики митрополит Казанский Кирилл и митрополит Ярославский Агафангел. После кончины Патриарха кто-то из них должен был стать Местоблюстителем. Но и митрополит Кирилл, и митрополит Агафангел находились в ссылке. Поэтому обязанности Патриаршего Местоблюстителя были возложены на митрополита Петра. В этой должности Владыка Пётр был утверждён Архиерейским Собором 1925 года.
Новый Местоблюститель осознавал, что ему грозит расправа от властей. Однако митрополит Пётр уверенно пошёл по пути Патриарха Тихона. Это был путь твёрдого стояния за Православие и бескомпромиссного противодействия обновленческому расколу.
Предвидя свой скорый арест, Владыка Петр составил завещание о своих Заместителях и передал настоятелю Даниловского монастыря деньги, для пересылки ссыльным священнослужителям. Агенты ГПУ предлагали Патриаршему Местоблюстителю пойти на уступки, обещая какие-то блага для Церкви. Однако Владыка им твердо отвечал: «Лжёте; ничего не дадите, а только обещаете...»
Наконец, в ноябре 1925 года митрополит Пётр был арестован. Началась долгая пора мучительных допросов и нравственных истязаний. Он принял исповеднический крест: остаток жизни Владыка проведет в ссылках и тюрьмах. После заключения в Суздальском политизоляторе, митрополита Петра привезли на Лубянку, где ему предлагали отказаться от первосвятительского служения в обмен на свободу. Он ответил отказом. Сказал, что ни при каких обстоятельствах не оставит своего служения.
В 1926 году Владыка Петр был отправлен по этапу в ссылку на три года в Тобольскую область – в село Абалацкое на берегу реки Иртыш. Затем его направляют на Крайний Север, в тундру, в зимовье Хэ, расположенное в двухстах километрах от Обдорска. Ссылка продляется еще на два года. Святителю удается нанять у местной старушки-самоедки домик из двух комнат. Митрополит Петр даже почувствовал облегчение от свежего воздуха, но вскоре с ним случился первый тяжёлый припадок удушья, астмы. С тех пор он, лишённый медицинской помощи, уже не покидал постели. Он знал, что на его имя поступают посылки, но он их не получал – пароход в Хэ приходил лишь раз в год.
И вот, в той ссылке, Владыка вновь арестован в 1930 году и заключён в Екатеринбургскую тюрьму, на пять лет в одиночную камеру. Затем его переводят в Верхнеуральский политизолятор. Здесь снова ему предлагают отказаться от Местоблюстительства, взамен обещая свободу. Святитель вновь категорически отказывается от этого предложения.
Ни продление срока ссылки, ни переводы во всё более отдалённые от центра места, ни ужесточение условий заключения не смогли сломить волю Святителя. Все годы тяжёлого одиночного заключения он даже словом не проявил ни к кому неприязни или нерасположения. В это время он пишет: «...как Предстоятель Церкви я не должен искать своей линии. В противном случае получилось бы то, что на языке Церковном называется лукавством».
Он отказывается быть осведомителем органов и отвергает «Декларацию» своего заместителя митрополита Сергия (Страгородского), укоряет его за превышение полномочий и просит «исправить допущенную ошибку, поставившую Церковь в унизительное положение, вызвавшее в Ней раздоры и разделения...» Владыка Петр остается надёжным островком твёрдости и верности в годы отступлений и уступок богоборческой власти. Он выступает против компромиссов с коммунистами, полагает, что епископы должны сместить митрополита Сергия за его антиканонические деяния, не благословляет поминать его за Богослужением.
Условия заключения святителя Петр были очень тяжелыми. Владыка чувствовал себя в ответе перед Богом за церковную жизнь, но был лишён всякой связи с внешним миром. В 1931 году его частично парализовало. Случилось это после визита чекиста Евгения Тучкова, предложившего Святителю стать осведомителем ГПУ. Ещё ранее у заключенного началась цинга. В 1933 году больного астмой престарелого митрополита Петра лишили прогулок в общем тюремном дворе, заменив их выходом в отдельный двор-колодец, где воздух был насыщен тюремными испарениями. На первой же «прогулке» Владыка потерял сознание. Когда его перевели с ужесточением режима в Верхнеуральскую тюрьму особого назначения, то поместили снова в одиночной камере, а вместо имени дали № 114. Это был режим строгой изоляции.
Было ясно, что в случае выхода из заключения митрополита Петра, вся Церковная политика уступок власти изменится в прямо противоположную сторону. Поэтому власти в день освобождения Святителя 23 июля 1936 года из Верхнеуральской тюрьмы, дали ему новый срок заключения – ещё на три года. К этому моменту Владыке было уже семьдесят четыре года, и власти решили объявить его умершим. Об этом сообщили митрополиту Сергию, которому в декабре был усвоен титул Патриаршего Местоблюстителя при живом митрополите Местоблюстителе Петре.
«Митрополит Петр (Полянский) посвятил свою жизнь служению Богу, Церкви, своему народу. Его отличала тихая твердая вера, верность призванию. Он нес свой крест до конца. 12 лет провел он в тюрьмах и ссылках. Он отбывал заключение на Урале, в Магнитогорске или Верхнеуральске. Вся страна думала, что его уже нет в живых, а он был еще жив, он молился за свою страну, за свой народ. И многие чувствовали эту его молитву. Для этих людей он оставался камнем крепкой веры, на котором зиждилась Церковь» – рассказывает Анна Усманова.
В июле 1937 года по распоряжению Сталина был разработан оперативный приказ о расстреле в течение четырёх месяцев всех находящихся в тюрьмах и лагерях исповедников. Администрация Верхнеуральской тюрьмы составила против Святителя обвинение: «...проявляет себя непримиримым врагом советского государства..., обвиняя в гонении на Церковь ее деятелей. Клеветнически обвиняет органы НКВД в пристрастном к нему отношении, в результате чего якобы явилось его заключение, так как он не принял к исполнению требование НКВД отказаться от сана Местоблюстителя».
10 октября 1937 года в 4 часа дня священномученик митрополит Пётр был расстрелян в Магнитогорской тюрьме. Свой исповеднический подвиг он увенчал пролитием мученической крови за Христа.
«Кифа» означает «камень», «Петр». Так называется книга о Петре, митрополите Крутицком, написанная в 1968 году церковным историком Михаилом Ефимовичем Губониным. В ней автор пишет: «Высокопреосвященный митрополит Петр воистину оказался тем спасительным и незыблемым камнем, на котором зиждилась Церковь Русская в страшный период, последовавший за кончиною Святейшего Патриарха Тихона; последующие времена со всей очевидностью показали, сколь свят и славен был прямой путь нашего «Кифы»...»
Священномученик Петр (Полянский), митрополит Крутицкий был канонизован Архиерейским Собором Русской Православной Церкви в 1997 году. Сегодня он возглавляет Собор святых Челябинской митрополии.